В гостях: Дом в Краснодаре с пекарней и большим сердцем

Практически все в этом доме создано руками хозяев, и они не останавливаются на достингутом: каждый день совершенствуют обстановку дома.

Попадая в этот дом, уходить из него совершенно не хочется. И все благодаря хозяевам — Александру, Елене и их сыну Федору, создавшим интерьеры и часть мебели. Однако самое ценное здесь — атмосфера уюта, дома, наполненного теплом и ароматами готовящейся еды. Причем, кулинарными делами занимается не только хозяйка: Александр увлечен пекарским искусством, сменив руководство транспортной компанией на домашнюю пекарню с дюжиной сортов хлеба и выпечки.


О проекте

Место: Краснодар
Размер: площадь дома — 460 м²
Кто здесь живет: Александр Удалов, Елена и Федор Ефремовы
Фото: Федор Обмайкин, Федор Ефремов


Сам дом и вид его интерьеров сложился в мыслях Елены уже давно, еще до начала строительства. В процессе стройки и ремонта почти ничто из этих мечтаний не изменилось, настолько цельным и продуманным был образ: «С момента, как я нарисовала дом на обычной бумаге в клеточку, все так и воплотилось. Архитектор лишь сделал нам техническую схему: где проходят трубы и прочие коммуникации. Пока участок стоял после закладки фундамента, все это время мысленно я тут мыла полы. И видела в мечтах, что где расположено, когда еще все стояло в бетоне и цементе.

Мне хотелось отойти от условностей квартиры. Совершенно не переношу эти коридоры и санузлы, в которых не повернешься. Хотелось, чтобы дом был в классическом стиле, и туда хотелось заходить, чтобы все было интересно», — делится воспоминаниями Елена.

«У нас в семье устроено так: обычно у Лены появляется идея, и ею проникаются все, она становится всеобщей. Эта идея „прорастает“ во всех и становится органичной и естественной. Например, недавно мы сделали кессонный потолок в холле, и всем очень понравилось; теперь очистили потолок и в гостиной, чтобы сделать там такой же.

Это бесконечная история создания интерьера, нам все время хочется что-то сделать, придумать новый проект. Даже утро в выходной день начинается у нас со строительства планов», — рассказывает об общем увлечении Александр.


Стена, где висит рыцарский гобелен, выложена из пережженного темного кирпича. Этот бросовый материл появился в доме по случаю: «Как-то раз работавший мастер сказал, что привез кирпич для внутренних стен — пережженный, испорченный, купленный за какие-то копейки. Мы решили взять кирпич для каких-нибудь черновых работ. И вот, мастер высыпал этот кирпич во дворе и поехал за второй партией. Я смотрю — в куче пережженного материала лежат очень красивые по оттенкам кирпичи. Вручную я перебрала всю эту кучу, хоть и пришлось выискивать среди хлама. Ими мы выложили часть фасадов и стену у лестницы, — делится хозяйка. — Когда выложили вокруг дома въездные столбики и карниз между этажами, проезжающие мимо люди стали спрашивать, где мы нашли такой кирпич. Думали, что в Италии заказали».


Гобелен для лестницы привезли из путешествия в Брюгге. Он выполнен по работе «Королева Гвиневера и сэр Ланселот» британского художника-прерафаэлита Эдмунда Блэра Лейтона. Там изображен момент средневековой акколады, посвящения в рыцари.

Эта вещь моментально прижилась в интерьере и так понравилась, что для дома потом купили еще несколько гобеленов (например, рядом с другой лестницей висит копия работы Моне).


Одна из последних работ по дому, в которой участвовала вся семья, — кесонный потолок в прихожей. Эту идею сразу же решили воплотить, не откладывая на потом, красили потолок краскопультом. Похожий потолок сейчас заканчивают и в гостиной с камином, но там — более сложное решение. Чтобы текстура дерева была видимой, Александр, Елена и Федор покрывали маслом каждый квадрат. И теперь от потолка не оторвать глаз: дерево словно светится изнутри.

История со шляпами тоже сложилась сама собой: как-то раз Александр увидел в магазине гобеленовую ткань со шляпами. А Елена придумала, куда ее повесить, и обшила края, сделав панно для входного коридора.

Гобелен повесили в коридор. Рядом с ним теперь висят шляпы, привезенные семьей со всего мира — с мыса Горн, из Санта-Барбары, из Брюгге. Батарее тоже придали ретро-вид, состарив ее с помощью золотистой краски.


Деление дома на комнаты традиционное: «Первый этаж — это кабинет, зал с камином, где мы слушаем музыку, столовая и кухня, большой холл со вторым светом. На втором этаже разместились ванная комната и три спальни (наши и гостевая).

Для кабинета мы нашли комод в колониальном стиле с обезьянками от Theodor Alexander, а затем заказали там остальную мебель для этой комнаты. Эти предметы натолкнули Федора на идею делать мебель самостоятельно».

«Кресло в бильярдной — первый предмет мебели, который я делал: выточил детали, ножки из бука. Это полностью ручная работа без единого гвоздя, ни один элемент не шлифовали машинкой. Все выравнивалось рубанком. Если сюда сядет человек весом в 140-150 кг, это кресло не издаст ни звука», — рассказывает Федор.

«Потом он сделал Саше полку для коллекции трубок. Мне на день рождения подарил шкафчик для очков, куда я теперь их складываю», — добавляет Елена.

«Когда руками делаешь какую-то вещь, то по качеству и эмоциям она очень отличается от купленной. Даже у мебели из ценных пород дерева, которую делают на станке, нет теплоты вещи, сделанной руками», — рассказывает Федор.

Мастер на все руки, Федор не имеет какого-либо столярного или художественного образования — все освоил самостоятельно. «Если хочешь чему-то научиться, то научишься: есть куча роликов в интернете, где можно посмотреть, как это делается. Главное увлечься и просто начать что-то делать — взять доску и начать что-то выпиливать. Родители подогрели мою страсть, подарили на день рождения нужные инструменты. В подарке были и уникальные вещи: рубанки, которые можно передавать по наследству. У них литая бронзовая колодка, которая со временем не поддается никаким негативным изменениям. У нас в Краснодаре такие не продают, их нужно искать».


Эта комната на втором этаже (в которой потом расположилась спальня Федора) долго стояла закрытой. В одной из командировок в Сочи Елена увидела статуэтки зверей, которые ей очень понравились и подтолкнули к идее оформить интерьер в легком этническом ключе.

А потом задействовали и чердак. «На день рождения Александру мы подарили модель корабля, который нужно было склеивать. И мы поняли, что в доме нет тихого уединенного места, где можно собирать эту модель. В итоге мы продырявили потолок и сделали комнату на чердаке. Она получилась интересная, очень уютная», — делится Елена.


Федор Обмайкин
СохранитьE-mail
Там поставили маленькую винтовую лестницу во французском стиле: «Поднявшись наверх, можно наблюдать за фейерверками, смотреть в телескоп, пить кофе по утрам, по вечерам — шампанское. Да, еще Саша там клеит корабли», — смеется Елена.


Основная спальня довольно большая по размеру, и Елена решила сделать ее более уютной. Она повесила четыре светильника с крупными абажурами, которые помогли сделать комнату более камерной и домашней.


Когда-то Елена занималась пошивом верхней мужской одежды, и в память о том времени в спальне есть несколько предметов. Например, шкатулки и мелочи в виде швейных машинок. Или старинные немецкие ножницы, которые попали к Елене, когда ей было 17 лет (и она ими успела поработать).


В доме есть еще цокольное помещение, где находятся бильярд, бар, винный погреб и баня со спортзалом.

У барной стойки — целое собрание бокалов разного размера и формы. «Мы были в Брюгге, там варится 600 сортов пива и для каждого — свой бокал. Для полюбившихся сортов пива мы привезли бокалы в наш домашний бар», — рассказывает Федор.


Винные шкафы тоже построили сами. Елена от руки нарисовала на полу, как должны стоять стеллажи, и прямо там их и сделали: «Мне не только нужно увидеть идею, но и воплотить ее. Когда надумали делать погреб, я быстро начертила на полу полоску, и мы начали пилить мебельные щиты. Весь погреб выпилили за три дня. Когда закончили красить, решили внести туда все вино, которое хранилось дома. Нам казалось, что его много (что-то покупали сами, что-то нам дарили друзья). Но когда принесли всю коллекцию, то заполнили только одну ячейку.

Поехали в магазин, накупили две тележки вина (а это было утром восьмого мая), продавщица была в шоке. Приехали домой, еле выгрузили и уложили. И даже этого хватило лишь на треть: поехали опять в магазин, только к продавщице другой пошли», — смеется Елена.

«Мы много путешествуем: были в Аргентине, Чили, США, на Карибских островах. И отовсюду привозили вещи для бара: чашки, стаканы, пепельницы, декоративые элементы для стен. Кажется, что там слишком много всего. Но, на самом деле, нет вещей, повешенных и поставленных просто так. Каждая имеет свою историю, память, смысл», — вспоминает хозяйка.

С той поры, как хозяева начали строить дом, они не выбросили ни одной пробки. И они теперь украшают бар: большая часть сложена по корзинам и сеткам. А из самых памятных и редких пробок Александр сделал небольшое панно.


«Наш подвал время от времени превращается в мужское пространство: на выходных до семи утра никто выходить не хочет, — смеется Елена. — До некоторого времени, пока Федор с ребятами были холостыми, была своя традиция. Они собирались и играли в покер. Тут стоит покерный стол; все курили трубки, возник своего рода мужской клуб. Временно традиция прервалась: у большинства сейчас маленькие дети. Но, когда дети подрастут, традиция продолжится».


Одно из мужских увлечений стало основой для коллекции: Александр собирает курительные трубки. «Когда я решил начать, мы с Федором поехали на местный рынок, купили, как нам показалось тогда, хорошую и красивую трубку. Сейчас коллекция уже большая: есть такие экземпляры, что многие собиратели позавидуют.

Есть уникальные трубки, например, модель Dunhill к столетию первого магазина в Лондоне (их всего 100 штук, у меня сорок четвертая), есть модель, выпущенная к миллениуму. Есть два коллекционных блока „Шерлок Холмс“: туда добавляются трубки по мере выхода новой. Есть трубка «игуана» — она вообще одна, ее делал русский мастер, выточив из единого цельного куска вереска», — рассказывает о своем собрании Александр.


Увлечение Александра пекарским делом началось по случаю: «Я был бесконечно далек от приготовления еды. Максимум, что мог сделать — пожарить шашлык на улице. И как-то мне в руки попала книга французского пекаря Ришара Бертинье. Все очень удивились, когда я решил испечь багет по его рецепту. Все первые попытки были неудачными, и отдаленно напоминали классические багеты, но они всем нравились. Потом попробовал и другие рецепты, купил камень для выпечки, а затем и профессиональную печь

Я половину сознательной жизни провел директором транспортной компании. И пек до работы и после работы. Мы перестали покупать хлеб в магазине, в одну секунду поняв, что магазинный ни в какое сравнение не идет со своим. Полностью перешли на домашний хлеб, но все равно оставались излишки. В конце-концов я уволился и стал пекарем. Купил первую профессиональную печку, поставил расстоечный шкаф. Разместил все на веранде, единственном месте, где все это можно было поместить.


Оказалось, что вокруг много людей, которые любят хороший хлеб и не могут найти его в городе. Хлеб при кажущейся простоте — сложный и тяжелый технический процесс. Сложен и поиск подходящих ингредиентов: хорошая мука — проблема, качественная вода — тоже…

Тесто — не скороспелый продукт, оно вызревает около суток с момента постановки до выпекания. Я очень много делаю руками, оно подходит, наблюдая за ним, я разговариваю с ним. У всех пекарей есть свой тайный ритуал общения с тестом, тайный ритуал вхождения в пекарню. Все это может показаться ерундой и глупостью, но это очень важно и проверено на себе. Если у тебя плохое настроение, то и хлеб не получается. Та же температура, ингредиенты,но не выходит»


Проект кухни Елена рисовала под себя. Рассчитывала до миллиметра, чтобы все было удобно: где что взять, протянуть руку: «Я очень, действительно очень много готовлю. Поэтому кухня полностью рабочая, там ничто просто так не стоит и не лежит красоты ради. Вокруг много кастрюль и сковородок, но мне их даже иногда не хватает в процессе.

Если кто уже попал на кухню, уходить не хотят. Все равно сидят и стоят там. Видимо, такая в этом интерьере объединяющая аура — еды и тепла. Да и островок на кухне возник потому, что все постоянно собирались не в гостиной, а на кухне: ставили там скамейку и сидели».


Несколько лет назад Александр увидел в магазине эту печку буржуйку, но она была слишком дорогой. Спустя какое-то время на распродаже ее цена уменьшилась, и печка переехала на веранду. Пространство остеклили, и теперь его можно использовать круглый год, на любые торжества и праздники: «Нам нравится проводить здесь время, в любую непогоду, дождь и снег там так уютно и тепло».

Елена очень любит посуду в стиле кантри ( «Уже даже ставить некуда», — смеется она сама). Это не декоративные экземпляры — вся посуда постоянно в деле, ею пользуются. В уголке с посудой тоже есть раритет — самовар братьев Шемариных 1870-х годов. С его помощью получается совершенно необычный чай: Александр растапливает его на улице, из него гости пьют по четыре-пять чашек.

Раковина на веранде тоже сделана руками хозяев. Медный антикварный таз купили на местном блошином рынке, просверлили в центре таза и в комоде отверстия для слива и подсоединили водоотвод.


Еще один предмет гордости хозяев — крыльцо: «У нас крыльцо XIX века знаменитой кубанской ковани, взятое со старого купеческого дома. Дом уже, естественно, развалился, и, когда его разбирали, Саше удалось убедить продать это крыльцо. Мы искали в музее эскизы крыльца и, в конце-концов, нашли, только не знаем имени мастера. Под него сделали окна, перила на лестнице и входную дверь», — рассказывает Елена.




Источник: houzz.ru